Иван Бегтин рассказал на ОТР о проекте КГИ "Госзатраты" и Национальном плане по борьбе с коррупцией

10 июля 2018

Иван Бегтин, член Комитета гражданских инициатив, рассказал на ОТР о проекте КГИ "Госзатраты" и Национальном плане по борьбе с коррупцией.

С содержанием выступления можно ознакомиться, посмотрев видео или прочитав расшифровку, а мы приводим основные цитаты.

Иван Бегтин: Ну, я бы сказал так: как и любая стратегия, это [Национальный план по борьбе с коррупцией] довольно верхнеуровневый документ. Он не содержит, я бы сказал, совсем уж конкретных шагов. Там многие вопросы связаны, скорее… "проработать", "подготовить доклады" и многое другое. А вопрос противодействия коррупции – это, безусловно, вопрос в значительной степени очень практический, отчасти он организационный, отчасти технологический. И этот документ, безусловно, эти вопросы не раскрывает, он раскрывает некоторые верхнеуровневые шаги. Ну, мое личное мнение: я считаю его, безусловно, неполным. То есть план нужен. А все ли в него включено? На мой взгляд, точно нет.

Поэтому я, конечно, надеюсь, что он в течение этих лет будет уточняться и корректироваться. И в первую очередь, если наше государство столь много заявляет о цифровой экономике, о переводе в электронную форму госуслуг и многого другого, то, в общем-то, противодействие коррупции тоже должно быть технологизировано. И более того, возможность такая есть, возможности такие есть, наработки в этом есть – как внутри государства, так и извне. И этого, безусловно, в плане не хватало.

Ольга Арсланова: А что вы имеете в виду? Многие приводят в пример как раз систему госзакупок, которая представляется прозрачной, потому что все на виду, все технологизировано, но все ли проблемы удалось решить такой системой?

Иван Бегтин: Вот смотрите. Например, система госзакупок отчасти технологизирована, отчасти действительно она обеспечивает некоторый базовый уровень открытости, но она не предназначена для антикоррупционного мониторинга. Например, проект "Госзатраты", который мы создавали в рамках Комитета гражданских инициатив, он целевым образом предназначался именно для этой цели, но как некий фундаментальный проект, то есть так, чтобы на нем уже можно было строить разного рода проекты, расследования. Многие журналисты регулярно этим пользуются.

Но даже он не охватывает всего, потому что, по-хорошему, в систему госзакупок необходимо было изначально встраивать механизм противодействия. Если вы выявили какое-либо нарушение, то у вас должна быть возможность прямо на портале госзакупок либо на портале рядом с ним, который просто один в один копирует эту информацию, переупаковывает удобным образом, обратиться во все те органы власти, которые осуществляют контроль и надзор в этой сфере. Это Счетная палата, контрольно-счетные палаты субъектов федерации, прокуратура, Антимонопольная служба…

Ольга Арсланова: Следственные органы.

Иван Бегтин: …следственные органы и так далее. У вас должна быть возможность прямо в этой системе отправить обращение в соответствующие органы, напрямую только, минуя внутренний интерфейс.

Ольга Арсланова: Но важный вопрос: как эти органы отреагируют? Вот интересно вы сказали о контроле, общественном в том числе. Ему какая-то роль в новой программе уделяется? Потому что есть у нас известные организации, которые занимаются расследованиями, которые выявляют, ну, скажем так, факты, вызывающие подозрение насчет коррупции. И они отправляют запросы в определенные органы, но мы не всегда видим реакцию. Чаще всего мы ее не видим.

Иван Бегтин: Я бы разделил общественный контроль все-таки на два типа. Один – общественный контроль, который у нас описан в законах. Есть отдельный закон "Об общественном контроле", есть отдельные положения в законе "О госзакупках". И есть общественный контроль, который по факту, по смыслу своему существует. И первый у нас неживой. Закон "Об общественном контроле" не функционален. И положениями в законе "О госзакупках" на самом деле никто не пользуется практически.

Большая часть организаций, которые осуществляют этот самый общественный контроль или надзор, их влияние описывается исключительно их медийным ресурсом либо аффилированностью с той или иной административной силой. То есть, если есть кто-то в государстве, кто хочет привести что-то в порядок, и у этой организации есть возможность взаимодействовать с тем или иным органом власти, который это делает, либо есть возможность у этих организаций достаточно широко освещать это в СМИ.

Юрий Коваленко: А вот если поговорить по поводу тех запретов и ограничений, о которых говорится в этой программе, то что конкретно будет нельзя? И в чем конкретно и кого будут ограничивать?

Иван Бегтин: Ну, если вы посмотрите подробно это самую концепцию, то там это детально не описано, там описано это в словах "проработать". Вот у меня есть мое личное видение, как это должно быть.

Первое. Я считаю, что, безусловно, вопрос противодействия коррупции должен быть отделен от исполнительной власти. Исполнительная власть распоряжается более чем 90% федерального бюджета как минимум, ну, и бюджетов всех остальных уровней. И, в общем-то, вот все те нарушения, все те 75% коррупции – это 75%, считайте, исполнительной власти. Поэтому, по-хорошему, противодействие коррупции должно быть сосредоточено в органах либо парламентского контроля (это Счетная палата), либо вообще в органах таких, как Генеральная прокуратура, "око государево".

Ссылка на источник: https://otr-online.ru/programmy/segodnya-v-rossii/ivan-begtin-32511.html

Проект Госзатраты размещает информацию, полученную исключительно из официальных источников.

Редакция Госзатрат не несет ответственности за публикацию неточных, неполных или неверных данных о юридических лицах, а также за раскрытие персональных данных физических лиц в случаях, если такие данные опубликованы на официальных источниках.

Запросы на исправление таких данных на сайте Госзатрат принимаются исключительно через форму «Напишите нам!» и рассматриваются не менее 5 рабочих дней.